Переводим дальше

Дэйв Эггерс: How We Are Hungry

О ТОМ, ПОЧЕМУ ОН ХОЧЕТ, ЧТОБЫ КАК МИНИМУМ ТРИ СТЕНЫ
БЫЛИ ГОТОВЫ К ТОМУ МОМЕНТУ, КАК ОНА ВЕРНЁТСЯ ДОМОЙ

Он строит маленький домик на заднем дворе, чтобы когда их сын подрастёт, он использовал бы его как крепость, или играл бы там с друзьями, или прятался, – и он хочет, чтобы уже как минимум три стены были готовы к тому моменту, как она вернётся домой. Она у своей матери, потому что та упала на катке (каталась с подругами, скоро Рождество) , – и теперь ей нужно помочь приготовить всё к приходу гостей, которых зазвали ещё до того злополучного дня. Падают редкие снежинки, воздух такой холодный, что загустевает на глазах. Он строит домик, у него в руках новая, купленная сегодня, дрель. Он хочет предъявить жене доказательства, потому что вообще-то он редко что-нибудь делает руками, а она много раз намекала, что ей нравится, когда он что-нибудь делает руками, когда он садится на велосипед или играет с друзьями в регби. Он как-то произвёл на неё сильное впечатление, когда собрал и установил телескоп, – подарок на день рождения, – за два часа, хотя в инструкции было ясно сказано: меньше, чем четырьмя не обойдёшься. Поэтому пока её нет, пока сквозь плотный серый воздух хлопьями пепла падает снег, он работает, надо как можно быстрее закончить фундамент. Когда фундамент закончен, он решает, что если он хочет произвести на неё впечатление, – а он хочет произвести на неё впечатление и хочет всегда хотеть произвести на неё впечатление, – так вот, он решает, что для этого как минимум три стены должны быть готовы к тому моменту, когда она вернётся домой.

КАК ЭТО, КОГДА ТОЛПА В ДАЛЁКОЙ СТРАНЕ
ВЫВОЛАКИВАЕТ РАНЕНОГО СОЛДАТА, ТВОЕГО СООТЕЧЕСТВЕННИКА,
ИЗ МАШИНЫ, СТРЕЛЯЕТ В НЕГО И ИЗБИВАЕТ НА ЗЕМЛЕ, В ПЫЛИ

Один человек очень волновался. Постоянно чувствовал тревогу и беспокойство. Прежде ничего в этом роде с ним не происходило. Никогда раньше его не посещала такая бесплотная тревожная тоска, – но теперь это продолжалось уже год. Иногда он просто бродил по дому, никак не будучи в силах определить источник внутреннего напряжения. Даже если был ясный день, солнечный, он всё равно мерял комнату шагами. Садился почитать, но только открыв книгу, вскакивал от ощущения, что должен кому-то позвонить. Оказавшись у телефона, понимал, что звонить никуда не нужно, но что-то такое происходит на улице, надо проверить. Починить что-нибудь во дворе. Нужно было куда-то ехать, не то бежать. Этим утром, в газете, он увидел фотографию мёртвого солдата, лежащего на земле, под грузовиком. На солдате была бежевая форма с коричневыми пятнами. Ботинки казались почти белыми под полуденным солнцем, носки указывали вверх, к небу. Человек, сидел дома в тёплых носках, пил апельсиновый сок из массивного стакана и рассматривал мертвеца на газетной полосе, пока у него не перехватило дыхание. Он стал изучать фотографию в поисках, как он не сразу понял, крови, – куда этого солдата ранили? Крови видно не было. Он перевернул страницу, стал читать дальше, но вскоре вернулся к фотографии, чтобы посмотреть, попал ли в кадр кто-нибудь из граждан далёкой страны. Никого. Он встал, посмотрел на клубы дыма, которые ветер относил вправо от завода, далеко на горизонте. Почему он чувствовал себя жертвой? Избитым, изнасилованным, ограбленным. Если бы солдата убили и искалечили в его собственной стране, он, человек, не чувствовал бы такого ужаса. Он ничего не чувствует, когда слышит в новостях о столкновении поездов, или о том, что целая семья в Миссури провалилась в минивэне под лёд декабрьского озера. Но эта фотография с другого конца мира, этот солдат, которого вытащили из машины, одного; его тело без следов крови в пыли, под грузовиком, – почему он чувствует себя как на краю пропасти, почему его это так задевает? Слишком частое ощущение в последнее время: он как будто в узком тоннеле, как будто всё вокруг давит, хочется пить. Глаза слезятся от того, что он слишком долго вглядывается в темноту. Человек смотрит на клубы дыма, поднимающиеся от завода, он мог бы заняться множеством разных вещей, но за сегодняшний день он не сделает ничего.

Previously on "How We Are Hungry":

• Когда они научились кричатЬ
• Ещё одна
Dave Eggers