И так далее

• Нашлись ещё источники*, отчасти проясняющие историю с эфиопским монофизитством. Когда Писание переводили на гыез, оказалось, что  объяснение различий между монофизитством и диофизитством -большая языковая проблема. В результате, эфиопская версия догмата о природе Христа утверждает единство (тавахдо) двух природ. Кроме того, были люди, исповедовавшие концепцию не тевахдо, а кебат, в которой дополнительно уточнялось, что соединение двух природ произошло в момент помазания Иисуса Богом посредством Св. Духа. По поводу Армянской Церкви в том же посте была допущена неточность, смотрим, кому интересно, здесь.

• Возврашаясь к мировому суду из предыдущей записи: вообще, поражает количество архаичных практик, которые приходится видеть. Даже не практик, а элементов повседневности, о которых почти все мы, по большей степени, читали только в детских сказках: "Девочка пошла в лес за хворостом", - это чистая фраза, ничего особенно не означающая. А тут - вот они, эти девочки, которые несут за плечами вязанки хвороста, поднимаются с ними в горы, потому что там ничего похожего на дрова нет. Или рынок, - он тут не приятное дополнение к магазинной торговле, -  видишь, как рынок функционирует в самом буквальном смысле: в субботу люди съезжаются из окрестных деревень продавать разное: потому что в горах выращивают одно, в долинах другое, соль вообще везут издалека, и никакой другой системы товарообмена вне городов не существует, магазинов в сельских местностях просто нет, никаких вообще. В Гондаре один из рынков функционирует на невысоком холме, - это совсем странное киношное зрелище, - потому что над холмом кружатся местные большие птицы, кто-то из падальшиков, не гриф, похоже, скорее, на коршуна: местные жители объясняют, что по их наличию можно увидеть очень издалека, где животные или вообще еда. Это и правда, видимо, работает, больше всего их над теми местами, где продают или перегоняют скот.

• Ну и да, продаются пустые пластиковые бутылки, сидит человек, делает у вас на глазах шлёпанцы их автомобильных покрышек, таблетки в аптеке поштучно из железной банки (местные, в лучшем случае из ЮАР, индийских почти нет, о западных нет речи), купить зажигалку - тоже, некоторым образом не так просто, только спички. И везде пахнет дымом, всегда, потому что домохозяйства живут на дровах, - и не только домохозяйства, в гостиницах еду тоже делают на открытом огне.

• Шир (обещал) - городок на 20 домов в нашем понимании (каменных, в смысле, площадью больше 12 метров), ооновская миссия, pastry с ярко-жёлтыми бисквитами, - и ничего больше. Второе название города - Инда Селассие.



*)"Эфиопия: христианство, ислам, иудаизм". - Ранаана, изд-во Открытого Университета Израиля, 2006.

Ещё продолжение: Симьен, Аксум.

• Ещё по дороге к Аксуму - национальный парк "Горы Симьен". Перед ним - Дебарк, совсем in the middle of nowhere, там продают билет, дают скаута (проводника, просто говоря) и к нему человека с автоматом. Пока едешь и ходишь по горам, этот человек все время с тобой, молчит и улыбается. От кого охраняет - не совсем понятно. Это всё очень красиво, потом фотографии. Можно смотреть на животных - Gelada Baboon, Walia Ibex (вот такой  примерно), карликовая антилопа, птицы какие-то невероятные. Там можно, в этих горах, ходить в поход на 9 дней, но не представляю, как это, потому что 4000 метров и я, например, еле ползал. По дороге показали обрыв, с которого при полковнике сбрасывали провинившихся, такой дешёвый способ смертной казни.

• Интернет-кафе в Дебарке - небольшая будочка с одним компьютером, связь довольно быстрая, но очередь большая. Попались два голландца, путешествовавших на собственном джипе и направлявшихся оттуда, насколько я понял, в Хартум. Спросил у мальчика, который работает в этом самом интернет-кафе, безопасно ли в Судане, он говорит так задумчиво: "Ну, иногда да... иногда нет...".

• Сам Аксум - меньше, чем о нём говорят. Не в физическом смысле меньше, хотя он маленький, а это менее интересно, чем кажется (впрочем, может быть, эффект исчезает, если ехать как положен, против часовой стрелки). Одна стела стоит, вторая лежит сломанная в трёх местах, производит гораздо более сильное впечаление, третья лежит разобранная, её совсем недавно привезли из Рима (где она была со второй половины тридцатых годов, итальянцы забрали в качестве трофея), все думают, как бы теперь её поставить на место. Ещё одно поле стел - совсем странное: обнесённый колючей проволокой участок, стелы небольшие, метра по три, рядом верблюды объдают кактусы, такие, вроде опунции. Их и люди едят, но только, говорят, в сезон дождей.

• Здесь же - несколько гробниц и подземных дворцов (второе только так звучит, это очень небольшие помещения, в них сейчас живут летучие мыши, много). Во дворце - стена, за которой, вроде бы, пустота, к стене прилагается местная легенда, что раньше был тоннель до Красного моря, вроде бы, в Эритрее найлен его фрагмент, но, кажется, это всё-таки urban legend. Эритрею от Аксума видно - "Во-он та", - говорят, - "большая гора уже в Эритрее". Соответственно, здесь и в Адуа больше всего ООНовских машин, там разделительные войска стоят на границе. Адуа - это даже не знаю как что. Как Бородино, видимо. Там император Менелик в 1896 году разгромил итальянскую армию. Вообще, эта битва и избавление от итальянской оккупации в сорок первом - основные точки конструирования нации. Выглядит довольно странно для внешнего наблюдателя, потому что история у страны очень долгая. Но, с другой стороны, наверное, не более странно чем нынешние попытки отстроить в в России национальную идентификацию от победы в Великой Отечественной. При этом, посольку государь-император получил убежище от итальянцев в Англии, англичан очень любят, и один из главных проспектов Аддис-Абебы - Авеню Черчилль.