sanin | Какое-то, за время

[облегчение индексации, скажем]

• Голос присутствия над несуществующим морем

Некоторые тексты последнего года на «Сигме».

• Пустое вместо

А вот уже и после, вот уже в центре (плюс-минус) каждого мало-мальского города появляется непонятно откуда пустой земельный участок, довольно большой. Его сразу обносят забором из сетки-рабицы — потому что пусть смотрят сколько хотят, нам скрывать нечего. Все-таки у ворот ставят бытовку с охранником — впрочем, как-то скорее автоматически, по привычке. Апрель — сумасшедший месяц, но начнут на неделе копать котлован под фундамент, выкопают примерно до половины, потом привезут пару бетонных труб большого диаметра, сложат неподалеку. Заколотят пять свай. У ворот, снаружи, свалят полторы тонны щебня. В конце августа зарядят дожди. Потом будет зима.

• Право на уничтожение улик

Принятие «Закона о забвении» в том виде, в каком он прошел первое чтение, означало бы пусть не полную потерю трансактивной памяти, но заведомое ее истончение, возникновение в ней лакун, белых пятен, создаваемых внешней цензурой. Источник такой деградации системы внешней памяти (Роскомнадзор, например) неконтролируем, находится вовне, и более того — неизвестно, где такие лакуны возникнут или возникли. Все это делает ситуацию в какой-то степени похожей на развитие болезни Альцгеймера.

• Перевод полного текста решения Верховного Суда США по делу «Обергефелл против Ходжеса», 26 июня 2015 года

История и традиция направляют нас в поисках ответов и привносят в эти поиски порядок, — но не ставят ему внешних пределов. Такой подход, с его внимательным уважением к истории и ее урокам, не позволяет, однако, судьбе настоящего оказаться всецело в руках прошлого. Несправедливость по природе своей такова, что часто бывает скрыта от современников. Поколения, написавшие и ратифицировавшие Билль о Правах и Четырнадцатую поправку, не считали, что могут заранее предсказать, до каких пределов распространится свобода во всех ее измерениях, — и поэтому доверили будущим поколениям основной закон, защищающий право всех людей пользоваться свободой, в которой нам постоянно открываются все новые смыслы.