sanin | Всё это взорвалось

из деталей одной фотографии собирается одна фотография.
больше деталей одной фотографии ни на что не хватает.
их нет, невозможно соединить более экономным способом,
так чтобы осталось еще на одну фотографию или хотя бы
ещё на половину фотографии, на четверть, – не получается, нет.

осколки одной взрывающейся фотографии убивают двух человек
плюс ещё десять раненых, или как они говорят, «пострадавших».

это же вовка снимал в девяносто первом, – ну или в девяносто
втором, – нет, в девяносто первом, точно, в апреле. да ты чего?
вот же наташа, видишь, сидит на ступеньках, – она уехала
в январе девяносто второго, пятого января девяносто второго, –

вот тут ты меня не собьёшь, это я помню.

фотография взрывается и убивает двоих, ни одного из которых
на этой фотографии нет. плюс ещё десять человек раненых, – они тоже,
то есть, их тоже – нет на фотографии, взрывающейся в конце февраля.
из осколков одной фотографии собирается ровно одна фотография, –

и по-моему это лето девяносто шестого, возле сквота петлюры.
нет, прости, – но это никак не может быть девяносто третий.
это куртка егора, мне её отдала джеки – в девяносто четвёртом.
двадцать первого октября это было, девяносто четвёртого года, –

нет, это я помню, тут меня не собьёшь

из деталей одной фотографии собирается ровно одна фотография,
на которой точно мы. и точно кто-то из нас нажал кнопку затвора.
никто из оказавшихся в кадре не помнит, – когда, где и как
мы все в тот самый момент оказались в том самом месте именно так.

но вот всё это
взорвалось.