Для отчетности, последнее из

[sanin]

мы свободны
от дома
мы не думаем
о доме.
проводка ли
выгорела
перекосилось
крыльцо:

завтра
снимемся
с места
соберёмся
и на рассвете
с чемоданами
залезем
в жёлтый
тряский
автобус.

утром соберёмся
уедем
уйдем улетим
без единой
мысли
о покинутом.


*

но кто же
присмотрит
за нашими
старыми
бывшими
чемоданами
мамами
детьми
и домашними
животными?

– никак
не покинуть.
– и никого
не покинуть.

как же они без нас –
счётчик воды
счётчик воздуха
счётчик света?

*

и вообще
они все
они мы
кто ещё
продолжает
слать
сигналы
по маленькой
рации:

гастарбайтеры
бармены
проститутки
операционистки
рабочие
репортёры
дизайнеры
наконец

все насельники
городских
скворечников
городских
птицеферм

птицефабрик.

все встают
в оранжевых
грязных
жилетках
в тонких
колготках
в белых
рубашках.

встают
поперёк
темноты
цепью
сцепившиеся
плотяные
мускульные
кресты

лишние рты.

*

завтра мы
заберёмся
в жёлтый
тряский
автобус.

выкинут
вещи
с не вещами
на улицу.

только
вчера
мы все
были
снова
здрастье

бездомные
приживалы
посреди
асфальтовой
пашни
горячей
живой
дышавшей.

*

и ничего
не стронулось
с места.
а снег
растаял.
а ремонтные
работы
соделались.
и небоскрёбы
возвысились.

и всё
остальное
возвысилось.

только мы
оказались
остались

безземельные
бездомные
безработные
беззаботные

бессмертные
не учтённые
не посчитанные.