Футбол и проч.

[sanin]

Довоенный футбол: три фотографии Игоря Мухина

трое мальчиков
девочка
на чёрно-белой
играют в футбол.
(на самом
деле не играют
а просто:
у них мяч
кожаный лёгкий
горячий).

мужик
в бейсболке
лет тридцати
за рулём такси
отливающего
байконуром
невиданными
сплавами
(на самом
деле, наверное
красного просто)
кабриолета.
курит, медленно
выпускает дым
в пахнущий выхлопом
(и цветами, дворами
коммуналками
открытыми
целую ночь
окнами)
в нагретый
асфальтом трамвайный
троллейбусный
пешеходный
всё ещё
немного
советский
воздух.

девочки, чем-то
похожие сразу
на всех
наших мам
из начала
семидесятых
(на самом
деле недолгие
пленницы
школьницы
своих шестнадцати
восемнадцати).
вон они
полулежат
внизу, на галечном.
две улыбаются
фотографу, две
смотрят на тех
кто ему улыбается
с интересом
и лёгкой
завистью.

это батум
где зарево стоит
до полнеба.
а не стоит
так встанет.
завтра.
послезавтра.
через неделю.
через полтора
месяца.
и не над ним
одним.

(в это время слышно
как открывают
входную дверь:
вот отец.
только молчи
ничего не говори
стой здесь.
что? вернулся?)

вернулся.

чёрно-белые
фотографии
конца нулевых.
невозможно тёплое
сонливое золотое
хлебное время.
короткое, как его
указательный палец
жёлтый от табака
тыкающий
во входное
отверстие
снова
не находящий
ни страдавша
ни погребенна
ни чуда.

старые
фотографии
из мирного
времени
когда мы
каждый день
кого-нибудь
побеждали
из бывших стран:
третьего дня
Киммерия
сегодня
Батавская республика
вчера Жемайтия
завтра Восточная Пруссия
послезавтра
Rzeczpospolita –
и праздновали
ежедневно.

трое мальчиков
девочка.
у них не футбол.
а просто, –
потрёпанный
упругий
горячий
лоскутный мяч
опять и опять
взмывающий
над полуденным
городом
над расплавленным
зноем, над заревом
до полнеба
над зимними
играми
патриотов.

круглый
бесполезный
прекрасный
лёгкий
ничего не стоящий
драгоценный
единственный
уцелевший
с довоенных времён
предмет.