О ненависти или I just wanted my breakfast

[sanin]

Есть вещи, которые я ненавижу.

Вот в обеденный перерыв занесла меня нелегкая в Рамстор, что на площади Трех Вокзалов. Началось с того, что старенькой даме передо мной барышня, заворачивавшая вещи (вы знаете, да, что камеры хранения там нет, вам заваривают вещи в пакет, и вы их за собою таскаете?), говорила что-то вроде "Забирайте свое барахло".

Потом, когда я попытался взять коляску, стоявшую около нее, упаковщицы, она закричала: "На место поставил! Коляска служебная". Ладно. Поставил.

На выходе сначала одна кассирша отошла. Подождал. Пошел к другой кассе. Та, другая, пробила мне чужую плитку шоколада. Выяснилось, что отменить пробитое она не может без ключа. Владелица ключа на обеде.

Я заплатил за шоколад, это дешевый, но привычный отечественный шоколад.

По дороге обратно, зайдя в небольшой магазинчик за супом в пакетике, я обнаружил там двух дам, вдвоем персчитывавших стопку каких-то плоских предметов. Единиц хранения в стопке было не более двадцати. На мой вопрос о том, торгует ли кто-нибудь, одна из них звонко засмеялась и с удовольствием ответила: "Никто. Никто не торгует".

Так вот. Я должен вам сказать, что эти вещи вызывают у меня сильное чувство, ближе всего, видимо, на соответствующей шкале расположенное к ненависти.

И у меня есть простое решение проблемы. Барышню, упаковывающую сумки, специалиста по секьюрити из Рамстора, двух дам из небольшого магазинчика - их мало уволить. Их нужно уволить с запрещением - под страхом тюремного заключения, - заниматься работой, хоть чем-то напоминающей их нынешнюю. А если и на другой будет то же самое - то продолжать процесс, пока они не достигнут своего уровня компетентности.

Можно, впрочем, поступить иначе. Набирать из этих людей штат для каких-нибудь специальных моллов, в которые будут ходить патриотически и ностальгически настроенные граждане, а также профессиональные ругатели общества потребления на деньги общества потребления.

У меня всё.