More bits and pieces

• Неподалеку от Гондора пришлось быть свидетелем церковной церемонии - нечто вроде молебна, если я правильно понял. Это очень странное действие, с одной стороны церковное пение (ничуть не похожее на русское, разумеется, но с узнаваемым генезисом, а с другой - практически одновременно - вполне ритуальный танец с посохами под очень африканский ритм. Происходят они параллельно, первую часть осуществляют священники, вторую - мужчины-миряне из деревни. Церковь гораздо сильнее, чем нам привычно укоренена в ветхом завете, это много чего касается. Архитектура обычного храма - по сути, реплика Иерусалимского, в святая святых хранится символический Ковчег Завета. Настоящий, как здесь верят - в Аксуме, куда его привезли с собой царь Соломон и царица Савская.

• Вообще, церковь называется православной, но, согласно источникам, она монофизитская (как армянская). Живущие при храмах гиды или говорящие по-английски священники на прямой вопрос о монофизитстве машут руками и объясняют, что нет, у них с монофизитами довольно сильные расхождения в догматах о природе Христа. Суть этих раcхождений при их зачаточном английском и моём отсутствующем, разумеется, амхарском, выяснить не получилось.

• Амхарский - семитский язык. Церковная литература написана на его древней разновидности - гыез. Иногда попадаются знакомые слова. Например святой-чудотворец по-амхарски - цадик.

• По дороге из Гондора в Аксум (худший отрезок пути: итальянская ещё дорога, грунтовая, по горам, местами под 20-30 градусов, редкие пологие участки), проезжаешь деревню, в которой несколько десятков людей сидят под деревом. В ответ на вопросы гид обясняет, что если вот человек из одной деревни обидит человека из другой, то все собираются из обеих деревень выяснять, кто виноват, - то есть, это буквально мировой суд.